Когда у нас появилась версия «исхода евреев» из Африки через Гибралтар, мы прекрасно отдавали себе отчет в том, что она неизбежно повлечет за собой вопросы о расположении не только ветхозаветного Израиля, но и новозаветной Иудеи. Сама возможность подобного переноса, на первый взгляд, противоречит всем нашим представлениям о христианстве.

Но от них стоит абстрагироваться. Во-первых, как это ни удивительно, даже относительно времен Иисуса Христа географические названия, упоминаемые в Новом Завете, реально не подтверждены. Подтверждения реального существования Иисуса Христа и богов-прототипов также традиционно ищут на Ближнем Востоке, но не находят…

Но чьим персонажем был Иисус Христос? Еврейским? Нет, конечно. Где бы мы ни расположили евреев – на Ближнем Востоке или в Европе, как бы ни были они «рассеяны» после иудейских войн, Иисус Христос никогда не входил в список еврейских богов, пророков или мессий. Не то, чтобы его отрицали, нет, его просто не упоминали: описания этого героя нет ни в Талмуде, ни в трудах Иосифа Флавия.

Сад Философов - это наш обыденный человеческий мир. Знания, среди которых присутствуют, помимо прочих, основные понятия и принципы алхимии, находятся в нем в виде плодов Мирового дерева - земного символа Богородицы, Мировой Души, Матери - Природы.
Всякий желающий может сорвать эти плоды и съесть их, но для этого нужно залезть на Дерево с помощью лестницы. Лестница - это инстинкт истины, внутреннее, личностное, исходящее из самой человеческой природы, возвышенное, искреннее и чистое стремление ищущего странника к обретению высшей правды Мировой Души, земным воплощением которой является зеленая Мать - Природа, рождающая на своем Дереве плоды познания её таинств.
Если ты именно такой человек, мы приглашаем тебя в наш сад.  
Мать -Природу, от которой каждый ищущий может получить знания, которые есть утешение его души, подобно тому, как любовные утехи есть утешение плоти, пафферы-архимисты сравнивают с женщиной, отдающей свою любовь каждому встречному, называя ее Наша Шлюха.
Держись подальше от пафферов, ибо их цель - получение дикого желтого золота. Зло - то. Наше золото - красное и его невозможно положить в сундук.
Также держись подальше и от аматоров, единственная работа которых - давать пустые советы по алхимии, не разобравшись в сути предмета.
Только твой собственный голос может быть единственным подсказчиком и советчиком на пути Делания. Слушай и читай, что говорят другие, но последнее слово в выборе очередного шага на Королевской Дороге должно оставаться за тобой.
Если твои нравы чисты и не преследуют цели нажить земное никчемное богатство, сама Мать-Природа, в тебе самом, будет указывать тебе Дорогу.

 
В раннюю эпоху христианства, в I—II веках, возникало много еретических сект, пытавшихся сочетать новую религию с язычеством и иудаизмом. По учению одной из них, все сущее зарождается в некоем высшем Царстве света, из которого исходят 365 разрядов духов. Во главе духов стоит Абраксас.
 
Василид Александрийский внушил своим последователям египетский герметизм, восточный оккультизм, халдейскую астрологию и персидскую философию. Его доктрина стремилась объединить школы раннего христианства с древними языческими Мистериями. Ему  то и приписывается формулировка любопытной концепции о Божестве (?) по имени Абраксас.
Василид учил, что Вселенная разделена на 365 эонов, или духовных циклов, и что их сумма является Верховным Отцом, которому он дал каббалистическое имя Абраксас, что означает числовой символ Его божественной силы, атрибутов и эманации. Чарльз Кинг (CharlesKing) в своей книге «Гностики и их наследие» дает следующее краткое описание гностической философии Василида, цитируя раннего христианского епископа и мученика св. Ирения: «Он утверждал, что Бог, несотворенный, вечный Отец, сначала породил свой Нус, или Ум, Логос - Слово; это Фронезис - Разум; от Фронезиса произошли София - Мудрость и Динамис – Сила».
 
Описывая Абраксаса, Чарльз Кинг говорит: «Беллерман рассматривает сложный образ, нареченный именем Абраксас, как божество из гностического пантеона, представляющее Верховное Существо с Пятью Эманациями, отмеченными подходящими символами. Из человеческого тела, обычной формы божества, вырастают две опоры - Нус и Логос, символизируемые змеями, что означает внутреннее чувство и быстрое понимание. Именно на этом основании греки сделали змею атрибутом Паллады. Его голова петуха, то есть птицы, олицетворяющей предвидение и бдительность, представляет Фронезис. Его две руки держат символы Софии и Динамиса - броню Мудрости и метлу Власти».

Лейла Уэдделл без сомнения была самой интригующей и наиболее известной из всех жриц Алистера Кроули. Ее редкая красота и интеллектуальная сила вдохновляла Кроули на многие литературные и магические достижения. Это, в частности, Книга Лжей (The Book of Lies) и многие чудесные короткие рассказы и поэтические труды. Тем не менее, значение Лейлы простирается далеко за пределы жизненного отрезка, проведенного вместе с Кроули.
Лейла Ида Нерисса Батурст Уэдделл родилась 10 августа 1880 года в Батурст в Новом Южном Уэльсе, на территории древнего австралийского материкового поселения. Она была дочерью Дэвида Уэддела (1850-1929) - меховщика из Батурста и Мэри Гертруды Крэйн (1858-1940). Мэри и Дэвид поженились 27 октября 1875 года. В их семье было семеро детей. Лейла была третьим ребенком. Она никогда не была замужем и не имела детей.

Материалоснованнакниге Goetic Evocation by Steve Savedow

Опыты и эксперименты, описанные автором (Steve Savedow - прим. перев.), привели его к заключению, что "Малый Ключ Соломона" - по крайней мере, основан на реальности. Духи, приписанные Гоэтии, соответствуют определенным аспектам клипот, которая существует в действительности как составная части Каббалистической системы. Этого следовало ожидать, ибо магическая система, использовавшаяся Соломоном, была основана на Каббале.

Если ученику достаточно изучил каббалистические тексты, он должен иметь, по меньшей мере, некоторое представление о существовании клипот и о необходимости их существования. Предмет Каббалы кажется весьма неясной темой обычным ученым, и даже те немногие, которые способны отойти от академической традиции, рассматривают клипот как нечто весьма невразумительное.